Визит Вселенского Патриарха Варфоломея и его встреча в Украине с российским Патриархом Алексием, принятие в России нового закона о свободе совести и разгром подчиненной Киевскому Патриархату Ногинской епархии в Подмосковье, наконец, радиоуправляемая бомба в монастыре... Поскольку все эти события прямо или косвенно затрагивают Патриарха Филарета и возглавляемую им Церковь, мы обратились к нему с просьбой ответить на ряд воистину актуальных вопросов.
– Ваше Святейшество, не кажется ли Вам, что упомянутые события – одного порядка?
– Бесспорно, эти события взаимосвязаны. Встреча Патриарха Алексия в Одессе со Вселенским Патриархом выглядела так, будто Алексий в Украине хозяин. Вроде нет независимого государства, не существует своей поместной Церкви. Оба Патриарха декларировали, что не будут обсуждать вопросы украинского православия. Собственно, так оно и было. Ведь оба не считают нужным признать украинскую Церковь поместной, равной среди равных. Патриарх Алексий однозначно заявил, что, дескать, объединяться украинскому православию нужно вокруг УПЦ – вокруг Москвы, значит. Чего он собственно добивался? Чтобы непризнание Киевского Патриархата прозвучало из уст Вселенского Патриарха? Однако Патриарх Варфоломей не говорил, как это подавалось в некоторых изданиях, что не признает и никогда не признает Киевского Патриархата.
Следующий шаг – захват храма в Ногинске. На протяжении последних лет суды принимали решения в пользу Киевского Патриархата и епископа Богородского Адриана. После утверждения нового закона суд с новой свободой совести принимает противоположное решение. То есть идет открытое наступление на религиозные права украинцев.
– Простите, Ваше Святейшество, но я выскажу свою оценку результатов визита Патриарха Варфоломея. Константинополь уже в который раз уступил (продал, отдал – назвать можно как угодно) Украинскую Церковь Москве. Именно так, как это случилось с Киевской митрополией в 1686 году.
– Возьмем документы, которые подписывали Вселенские Патриархи. В Томосе, данном в 1924 г. главе Польской Православной Церкви, Григорий VII подчеркивал, что в 1686 году Киевская митрополия была присоединена к Московской Патриархии не по предписаниям церковных канонов. То есть он признавал права Константинополя на Киевскую митрополию. Патриарх Димитрий в 1990 г. пишет, что он признает Российскую Церковь в пределах 1593 года. Итак, Константинополь не считал Украину канонической территорией Российской Церкви, но нынешний Патриарх заявляет противоположное. Где же последовательность? Это действительно игнорирование интересов Украинской Церкви, как в ХVII, так и в ХХ столетии. В Одессе Патриархи заявили, что УПЦ Киевского Патриархата не признается. В Ногинске с помощью силы буквально уничтожается очаг украинского православия. Поэтому появление взрывчатки в Феодосиевском монастыре, подчиненном УПЦ Киевского Патриархата, – не случайность.
– И все-таки, Ваше Святейшество, подтвердите или опровергните предположение нашей газеты: планировался ли Ваш визит в монастырь, когда там была заложена бомба?
– Я должен был приехать. В связи с тем, что настоятеля монастыря задержали в Хмельницкой области, начали развиваться события, которые обязывали меня к тому, чтобы лично во всем разобраться.
– Давайте рассмотрим ситуацию с другой стороны. Не считаете ли Вы, что внешнее влияние и провокации обусловлены внутриукраинской ситуацией?
– Однозначно. Изгнать с помощью силы из Ногинска, устами Вселенского Патриарха заявить о неканоничности, наконец, подложить взрывчатку – это проявление слабости. Они видят, что Киевский Патриархат укрепляется, растет его авторитет. На сегодня мы приняли практически все приходы Автокефальной Церкви в Тернопольской, Ивано-Франковской областях, которые отходили, начиная с 1993 г. Сейчас этот процесс начался на Львовщине.
– А сам владыка Петро? Ведь он был среди инициаторов восстановления УАПЦ?
– Именно с владыкой Петром во главе к нам и перешли. Итак, наши позиции на Западе Украины становятся доминирующими. Но акцентировать хотел бы на другом. Сейчас к нам переходят приходы в Донецкой, Запорожской областях и в Крыму. Очевиден процесс постепенного перехода московского духовенства в Киевский Патриархат.
– Собственно московским его назвать можно только весьма условно...
– Я подразумеваю прежде всего подчинение. Эти люди родились в Украине, здесь выросли, приняли служение. Но продолжу свою мысль. Сейчас у нас есть все основания говорить о том, что авторитет УПЦ Киевского Патриархата существенно возрастает. А это имеет значение как для внутрицерковной ситуации, так и для общегосударственной. В то же время это важно, если учесть грядущие в Украине выборы.
– Воспользуюсь случаем спросить: не считаете ли Вы, что история со взрывчаткой в Феодосиевском монастыре каким-то образом связана с началом предвыборной кампании? Ведь не секрет, кто именно поддерживает митрополита Владимира. В случае потерь в возглавляемой им УПЦ МП ослабеют и позиции этих сил на грядущих выборах.
– В общем, сложно объяснить поддержку левыми с их атеистическим мировоззрением Украинской Православной Церкви Московского Патриархата. Они не должны были поддерживать ни Киевский, ни Московский.
– Возможно, сказывается их одиозное "москофильство"?
– Возможно. Идея создания единой Церкви в едином государстве не дает покоя. За примером далеко ходить не надо: Беларусь. Сейчас они стараются запугать тех, кто верен Киевскому Патриархату – дескать, церковь никем не признается, раскольническая и неблагодатная. Вариант выбора в виде благодатной Москвы уже готов.
– Вернемся к выборам. Какую позицию будет занимать Киевский Патриархат?
– Церковь не может и не будет вмешиваться в выборы. Но мы – граждане этой державы, и нашей Церкви небезразлично, кто будет ею управлять. Мы будем оказывать моральную поддержку тем силам, которые поспособствуют утверждению государственности Украины, повышению благосостояния народа. И, соответственно, будем ориентировать на это свою паству.
– Ваша позиция во многом созвучна с позицией греко-католиков. Это случайно?
– Отнюдь. И они, и мы заинтересованы в будущем государства. Украине необходимы духовное здоровье, политическая стабильность и экономическое развитие. Понимание этого, вероятно, и объединяет нас.
 
Тарас АВРАХОВ,
 газета "Киевские ведомости", 3 ноября 1997 года